корейцы

Про поражение США во Вьетнаме фильмов дохрена, а про победы над жёлтыми комми в Корее почти нет. Супергеройская история от Егора П., также известного в ЖЖ как Nomina Obscura.

Чосин. В ледяной ад и обратно.

Бытует мнение, что американцы не умеют воевать в тяжелых условиях. Дескать, да, армия у штатовцев неплохая, но сражается только если рядом холодильники с холодной колой, мишленовский ресторан и пятизвездочный отель вместо казарм. Это не так. Самое славное сражение Корпуса Морской Пехоты США — битва при Чосинском водохранилище, Корейская война. Самое безумное сражение за всю историю вооруженных сил США, проходившее при температуре — 40 градусов с многократно превосходящими силами противника. Я знаю о развитых антиамериканских настроениях среди русских. Но также я знаю, что настоящие мужчины умеют ценить достойного противника. Поэтому я расскажу вам про Чосин.

Но сначала немного предыстории. Корейская война в июне 1950 года началась с того, что войска КНДР внезапно атаковали Южную Корею, моментально уничтожив южнокорейские части. Американский оккупационный контингент, оставшийся после войны с Японией, принял удар на себя и, несмотря на постоянные атаки северокорейцев, смог удержать защитный периметр вокруг важнейшего порта — Пусана, куда тут же начали перебрасываться подкрепления. Нарастив войсковую группировку в Пусанском периметре, в сентябре 1950 года американцы прорвали линию фронта, обратив северокорейцев в беспорядочное бегство.

Одновременно на 160 километров севернее был осуществлен блестящий десант у Инчхона — американцы умудрились высадить 40 000 человек в глубоком тылу коммунистов, обратив тех в беспорядочное бегство. Зажатые между молотом Инхчона и наковальней Пусана, красные побежали так, что только пятки засверкали, фронт коммунистов рухнул буквально за день, северокорейская армия перестала существовать. Из 200 000 красных захватчиков, пересекших 38-ую параллель, назад вернулось лишь 25 000. Без оружия. Без техники. Без надежды.

Зато надежда появилась у американцев. К концу октября 1950-го большая часть территории КНДР была оккупирована, под контролем коммунистов оставались лишь северные горы. Генерал МакАртур объявил финальное наступление до линии реки Ялуцзян, обещая войскам, что они вернутся домой к Рождеству. В конце-концов, что могут сделать жалкие остатки отрядов узкоглазых комми? Ничего. Но кроме северокорейцев в игру вступила еще одна сила. Китай. Американцы проигнорировали предупреждения китайцев оставить жизнь КНДР и продолжили наступать на север, полагая, что Китай вышлет пару плохо обученных дивизий, чисто для демонстрации.

Американцы ошибались. По мере того, как они продвигались к Ялуцзян, равнинная местность менялась сначала на холмы, затем на горы, а затем и на чудовищные горные массивы. Если бы туда попал современный русский, то он бы заметил, что север Кореи ему ужасно напоминает Чечню. Узкие горные дороги. Бесконечные хребты, с которых все внизу простреливается как на ладони. Крутые обрывы. Скалы. Обвалы. Оползни. На медленно продвигавшиеся войска X корпуса — того самого, что чуть раньше столь блистательно высадился при Инчхоне — начался опускаться пришедший из Сибири антициклон, в Корее наступала самая холодная зима за последние 100 лет. Из-за непроходимых Восточно-Корейских гор ударная группировка вынуждена была разделиться, X корпус, оставшись без связи с остальными войсками, продолжил двигаться вперед, к Чосинскому водохранилищу. Температура падала. Грузовики срывались с обрывов. Все чаще и чаще приходили сообщения о замеченных отрядах китайцев — но командование полагало, что их максимум 30 000. На самом деле генерал Пэн Дэхуай скрытно перебросил через границу 200 000 человек против обреченной 8-ой армии, еще 150 000 двигались к Чосину, к нашему X корпусу, имевшему около 30 000 человек с основой в виде 1-ой дивизии морской пехоты США.

Теоретически, X корпус насчитывал 103 000 человек, но они были растянуты по огромному 640 километровому фронту, поэтому непосредственно в битве при Чосине участвовали 30 000.

Стоит сказать подробнее о раскладе сил. Американцы имели множество тяжелой техники и прекрасную авиаподдержку, но в горных условиях (Чечня) бронетехника зачастую становилась из помощи обузой, которую надо защищать и охранять от внезапных атак с окружающих гор. У китайцев имелось лишь легкое стрелковое вооружение, минимум амуниции и обмундирования, и ослики в качестве главного транспортного средства. Китайцы испытывали недостаток во всем, вплоть до еды — но парадоксальным образом в условиях корейской Чечни это стало не недостатком, а преимуществом. Избавленные от необходимости тащить горы железа, китайцы легко перебрасывали свои части на значительные расстояния, постоянно устраивая засады и внезапные нападения, с коронным номером — атакой среди ночи. Когда из стылого мрака выбегает огромная орда, неважно, сколько у тебя танков или какое у тебя оружие, важно, сможешь ли ты переколоть их всех в рукопашной схватке. В отличие от чеченцев, наносивших удары издалека и убегавших, китайцы предпочитали накрывать вражеские позиции людскими волнами, буквально захлестывая укрепления американцев. И те перешедшие границу 350 000 были лишь началом — к концу войны в Корее находился 1 300 000 китайских военнослужащих (еще под 700 000, включая раненных, выкосили американцы). Сохраняя жесткую дисциплину, скрытно передвигаясь ночью, используя все особенности горного рельефа, китайцы не позволяли американцам реализовать преимущество в огневой мощи. Китайскими циркулярами прямо запрещалось вступать в бой на открытой местности (расктают за минуту), только в горах, только неожиданно, только вплотную к вражеским порядкам.

27-го ноября части 42-ой китайской армии атаковали X корпус, растянувшийся тонкой линией вокруг Чосинского водохранилища, быстро и эффективно изолировав группы американских войск друг от друга. Слева от водохранилища в Юдам-ни располагались части 1-ой дивизии морской пехоты, легко отбившие многочисленные свирепые штурмы китайцев, нанеся орущей, визжащей, бренчащей (китайцы использовали для связи в бою гонги) человеческой массе страшные потери. Поняв, что здесь находятся основные силы врага, китайцы перенесли удар чуть ниже, на критически важный перевал Токтонг, где геройски оборонялась 2-ая рота 7-го полка морпехов. В случае успеха китайской атаки основные силы морпехов в Юдам-ни оказались бы полностью отрезанными от внешнего мира — и потому рота из 220 человек стояла насмерть 5 дней и ночей, отражая беспрестанные атаки свыше 2 000 китайцев при температуре в минус 40 градусов. Вой ветра. Кромешная тьма. Горный перевал. Капсулы с морфием, которые медики держат во рту, чтобы разморозить и вколоть раненным, и волна за волной, волна за волной бесстрашных, беспощадных, бесчувственных китайцев, обрушивающихся словно не живые люди, но роботы.

К шестой ночи сквозь метель и орды китайцев к перевалу прорвались остальные части дивизии — к тому моменту из 220 человек самостоятельно могли стоять на ногах лишь 82, а все вокруг было усеяно горами трупов, вторая рота перебила свыше 1000 проклятых узкоглазых коммунистов. Именно во время прорыва из Юдам-ни к Токтонгу генерал-майор Оливер Смит произнес свое знаменитое: «Отступление? Черта с два, мы просто наступаем в другом направлении!». Из-за завалов и снега колонна двигалась столь медленно, что скатывавшиеся сверху китайцы цеплялись за американские грузовики, влезали наверх и вступали в рукопашные схватки с сидевшими в кузовах солдатами, периодически радуя их гранатами. Спрыгнуть вниз, зарезать китайца, пытающего разбить прикладом стекло в водительской двери, увернуться от удара другого китайца, застрелить третьего, пнуть напоследок четвертого и успеть запрыгнуть в кузов обратно до того, как конвой двинется дальше — и все это при температуре минус 40 градусов, под дикий вой ветра, высоко в горах. Да, в Чосине умели веселиться!