подстреленный негр

В нулевые болельщики «Спартака» придумали термин «Зоа-парк». Он четко описывал все творившееся в клубе в то время. Команда занимала места в середине таблицы, а в ней играли странные легионеры со всего света вроде Руссо и Эссиена Фло.

Термин назван в честь ярчайшего из спартаковских легионеров того времени — Люка Зоа. Камерунец сыграл всего в трех матчах, но успел в них получить две желтые карточки и забить автогол на 9-й минуте домашнего дерби с ЦСКА. Во всех трех матчах «Спартак» проиграл, пропустив в них девять мячей. Зоа в каждом провел по 90 минут. Камерунец входит во все рейтинги десяти худших легионеров в истории «Спартака».

Фрагмент интервью на СЭ:

— Ваша знаменитая цитата: «По-русски знаю пять слов: «спасибо» и четыре нецензурных». Все помните?

— Ха-ха, в каждой стране так — если ты хочешь понять жизнь, ты должен выучить местный матерный язык. Конечно, я до сих пор помню все эти слова (перечисляет матерные слова)! Ты же знаешь, что такое ***? Ха-ха-ха! Чему-то из этого меня научили в «Спартаке», чему-то — в «Анжи». Если они приедут в Африку, я их тоже научу таким же словам!

— А цензурные слова вы учили?

— «Привет», «как дела», «дом». По-моему, нецензурных слов я знаю больше! Но я не учил русский язык, потому что в России не любят, когда темнокожие говорят на русском.

— Случай в конце 2004-го — на расистской почве?

— Не знаю. Но вообще я боялся гулять по улицам из-за скинхедов. Расскажу, как было в Сокольниках. Я собирался на тренировку с дублем, автобус на базу отходил от станции метро. Я пришел пораньше, сел на скамейку в парке. Вдруг ко мне подошли два парня, а за скамейку — еще один. Я посмотрел на тех, кто спереди, один из них ответил что-то вроде: «Ты чего на меня уставился?» И сразу же меня повалили на землю и начали избивать ногами. Я пытался встать, но у меня не получалось. В итоге они убежали, а мне быстро вызвали скорую помощь прохожие. Поставили диагноз: сотрясение мозга. Я потом несколько недель не мог тренироваться.

— Хулиганов нашли?

— Нет. Но «Спартак» после этого предоставил мне телохранителя на пару недель. Он сопровождал меня, когда я выходил из дома — такой крепкий русский парень. После этого больше ко мне никто не подходил.

— Гол в свои ворота — это худший момент вашей карьеры?

— Нет, хуже было, когда я слышал выкрики с трибун: «У! У! У!». Болельщики орали, как обезьяны. Были моменты, когда я после игры приходил домой и плакал, даже звонил маме в Камерун.