СУДЬЯ А.Н. ЗАМАШНЮК: Остановитесь, пожалуйста. Приказ МВД № 870 не исследовался. Обстоятельства благовещенского дела не исследовались, а было лишь упоминание. Таким образом, ваше очередное отклонение от требований закона не должно быть принято во внимание и учтено коллегией присяжных. Обращаю ваше внимание.

ЕВГЕНИЯ ХАСИС: В связи с тем, что у любого убийства есть мотив!

Маркелов также занимался рядом дел, как было сказано выше, связанных с Северным Кавказом. В том числе в рамках правозащитного центра «Мемориал», также сотрудничал с Натальей Эстемировой по делам о похищении людей на Северном Кавказе, предположительно спецслужбами, находящихся в непосредственном подчинении у Рамзана Кадырова. От данных спецслужб, по сообщениям самой Натальи Эстемировой, ей самой неоднократно поступали угрозы.

СУДЬЯ А.Н. ЗАМАШНЮК: Остановитесь, пожалуйста. Были оглашены показания Эстемировой. В той части, как они были допущены. Уважаемые присяжные, вы слышали эти показания в той части, какой они были допущены, а именно о личном участии Маркелова, а не о роли самой Эстемировой. Таким образом подсудимая Хасис в очередной раз допускает отхождение от требований законодательства, упоминая об неисследованных доказательствах.

ЕВГЕНИЯ ХАСИС: Не мне судить, но сама Наталья Эстемирова не пережила Маркелова и на полгода.

Был и еще один мотив для убийства Маркелова, на тот момент обсуждаемый в обществе. Это мотив идеологический. Маркелов в определенных кругах был известен своими симпатиями к леворадикальной молодежи. Что, по мнению самой этой молодежи, могло послужить причиной для ненавистнического к нему отношения со стороны неонацистов. Но эта так называемая молодежная версия смотрелась блекло на фоне тех громких дел, которыми занимался в своей профессиональной деятельности Станислав Маркелов. Более того, многие упрекали эту самую молодежь в том, что они пытаются делать пиар на крови. Тем более версия смотрелась неубедительно, потому что сам Маркелов в своем последнем интервью, которое было представлено, отвечая на вопрос журналистов, не опасается ли он преследования за свою деятельность, в том числе в связи с делом Буданова, сказал: «Единственные, кому выгодно мое участие в этом деле, это люди в горах с автоматами, которые были изначально сторонниками незаконного решения данного вопроса. Моя деятельность невыгодна тем, кто не заинтересован в установлении правовых институтов на Северном Кавказе». Это слова погибшего.

Но, как показало время, именно вот этот молодежный мотив, вопреки здравому смыслу, следствие посчитало для себя наиболее удобным. Оно, в общем-то, и понятно: иного пути, по сути, у следствия не было. Ведь иной путь непременно привел бы следствие в тупик. Они бы уперлись в непробиваемую стену из интересов власть предержащих в нашей стране. То есть, у следствия, по сути, не было выхода и их тоже можно понять. Либо они в преддверие высоких реформ и перестроек переедут из кабинета в кабинет, повесят на себя еще одно громкое нераскрытое политическое дело, которое в рамках всего происходящего в стране ляжет неподъемным грузом на самое высокое начальство в Следственном комитете, либо они – а это не первый раз делалось в их практике, об этом излишне говорить – подыщут подходящих так называемых «преступников».

3 ноября 2009 года по подозрению в убийстве адвоката Маркелова, по адресу г. Москва, ул. Свободы, дом 93, корпус 1, квартира 161, был задержан Никита Тихонов. На тот момент находившийся в розыске в рамках расследования уголовного дела о молодежной массовой драке у метро Домодедовская. Напомню, что эта драка в 2006 году, об этом уже заявляли, действительно имела некий «политический» подтекст. В кавычках, потому что речь там шла, конечно же, не о политике. Речь там шла о разборках между молодежью, которой нравится красный цвет, и молодежью, которой нравятся имперские флажки. По сути, это была обычная молодежная драка, такая же, какие бывают между фанатами ЦСКА и «Динамо». Такая же, какие бывали в советские времена между районом по эту сторону дороги и районом с другой стороны. Ничего нового, лозунги не изменились. В рамках этой драки в поле зрения правоохранительных органов попали друзья Никиты Тихонова. Это не было случайностью, глупо это отрицать. Никита на тот момент был довольно-таки молодежным, и у него были знакомые люди, которые имели отношение к каким-то футбольным хулиганствам. Как они там оказались и почему? Это вопрос к ним. Следствие эти вопросы задало и наказало виновных. Но среди них был человек, который не решился взять на себя ответственность за свои собственные поступки. Этот человек оговорил Никиту. Не знаю, почему. Это на его совести. Тем не менее, так произошло.

Я уже говорила, Никита, в силу ряда обстоятельств, которые я озвучивала во время своих показаний, не буду повторяться, ушел на нелегальное положение, не стал выяснять правду. Этим-то впоследствии, уже в 2009 году, и воспользовался… Ведь по сути, единственным поводом подозревать Никиту в убийстве Маркелова – это, так называемое, я подчеркну, так называемое участие Станислава Маркелова в этом деле в качестве адвоката потерпевшей стороны. А именно Егора Томского. Мотив, прямо скажем, хиленький, притянутый за уши. Все мы являемся очевидцами данного процесса и прекрасно понимаем, какова роль адвоката потерпевших вообще в судебном процессе. При этом мы прекрасно понимаем, какова она в и следственном процессе: ровным счетом никакая. Адвокат потерпевших никак не может повлиять на следствие. Это попросту не его компетенция.

Кроме того, мы все слышали во время суда и от свидетелей обвинения, которых трудно заподозрить в каких-то симпатиях к подсудимым, в т.ч. и к Тихонову, и свидетеля защиты, что Никита никогда не разделял так называемых неонацистских взглядов радикально настроенных молодчиков. Отнюдь. Взгляды и убеждения Никиты носили всегда исключительно созидательный характер. И основывались они отнюдь не на ненависти к кому бы то ни было или к чему бы то ни было – они основывались на любви к своей Родине, к собственному народу, почитании его святынь, традиционного уклада русского народа.

Есть все-таки разница между разрушительным нацизмом, который, как показала история, способен разрушить государства и перекроить мир, и созидательным национализмом, без которого, мы все прекрасно это понимаем, не может существовать ни одно государство. Оставаясь при этом самобытным, сильным и сохраняя самое главное, что у него есть: его традиции, религию и культуру. Преступление же, которое было совершено 19 января, было совершено убийцей – человеком, которому плевать и на первое, и на второе, и на третье. И на культуру, и на традицию, и уж тем более на религию. Никто, я подчеркну, даже свидетели обвинения, не указывали на Никиту как на такового.