«Я сам правоохранительные органы»

По существу рассматривать иск Мороза Центральный районный суд Тулы начал 12 октября. Процесс ведет судья Антонина Косых. Оперативник был в суде немногословен и на вопросы судьи отвечал неохотно. Когда судья расспрашивала его о конкретных выражениях, которые он счел оскорбительными, Мороз лишь зачитывал словарные определения слов, приведенные в иске.

— Значит, как указано в исковом заявлении, «неадекватность» имеет значение человека в нездравом уме, душевнобольной, чудак, странный, особенный. Слово «накинется» имеет следующее значение… — бормотал Мороз.

— То есть это не соответствует действительности или порочит вас? — перебила его судья.

— И порочит, и не соответствует действительности.

— ‎Теперь давайте вот это. «Один из самых мерзких сотрудников»…

— Слово «мерзкий» имеет следующее значение… — занудно продолжал оперативник.

Порочащей его честь Мороз счел и фразу о том, что он работает в отделе по борьбе с экстремизмом Департамента полиции Нью-Йорка. Так Дорохов шутил над футболкой оперативника Центра «Э» с аббревиатурой нью-йоркской полиции. После долгих расспросов о том, чем ему не угодила фраза «Мы готовы собрать денег на билет до Нью-Йорка в один конец», оперативник заявил, что она порочит его из-за «издевательского характера». Когда же Мороз вновь начал говорить об угрозе своей жизни, судья напомнила, что это уже уголовное преступление, и предложила вновь обратиться в правоохранительные органы.

— Я сам правоохранительные органы! — ответил Мороз.

Отвечая на вопросы представителя «Тульских новостей» Елены Протасовой, полицейский признал, что раз в год проходит медосмотр, в том числе и проверку на вменяемость; при этом предложение пройти такую же проверку от политика он воспринял как оскорбительное. Как выяснилось, Мороз взял больничный и оформил листок нетрудоспособности только в сентябре, спустя три месяца после публикаций. Он признал, что не пытался связаться с редакцией агентства, чтобы воспользоваться правом на ответ. Свой диагноз он отказался назвать.

— Нужны медицинские документы, да? Подготовьте, пожалуйста, запрос, — распорядительным тоном обратился Мороз к юристу.

На вопрос юриста, как именно ухудшились его отношения со знакомыми, Мороз сказал, что коллеги стали проводить меньше времени с ним после работы.

— Вы пишете, что стали испытывать страх при исполнении служебных обязанностей. В чем это выразилось?

— Люди как-то стали больше обращать внимание на внешний вид, задают такие вопросы: «А что ты не в футболке пришел?» — единственное, что смог ответить оперативник.

«Любой будет бояться критиковать органы»

Представитель «Тульских новостей» указывает, что для признания иска необходимо доказать распространение сведений, их порочащий характер и их несоответствие действительности. Она отметила, что все фразы из поста Дорохова — оценочные суждения, а не утверждения о фактах, которые возможно доказать или опровергнуть.

«Дорохов имеет право относиться плохо как к человеку, так и к сотруднику, наделенному властными полномочиями. И я полагаю, что он имеет право выражать свою критику», — подчеркнула юрист в суде.

Сам Владимир Дорохов в суде вновь подчеркнул, что он лишь выразил свое мнение о сотруднике Центра «Э» и не пытался ему угрожать, предложив собрать деньги на билет. «Более того, понятно же, что все эти посты размещены в ироничной форме, с сарказмом, с гротеском. Это такая форма литературная, и я считаю, что вправе на личной странице таким образом высказывать свое мнение, тем более в отношении официального лица», — сказал политик.

Его адвокат Дмитрий Сотников отмечает нетипичность ситуации, когда оперативный сотрудник полиции подает подобный гражданский иск: «Вся практика Европейского суда, которую я находил — один человек, как правило, политик или журналист, критикует действия другого публичного лица. А в данном случае можно ли назвать оперативника управления «Э» публичным лицом? Он в штатском, он секретный сотрудник. Он по профессии не должен быть публичным». Защитник добавляет, что при этом в Туле имя оперативника Мороза известно многим активистам.

После окончания заседания Дорохов поделился опасением, что если суд встанет на сторону Мороза и присудит ему более 2 млн рублей, то «любой человек будет просто бояться критиковать правоохранительные органы».