Вы же все ведете социальные сети, правда? Нам приходится периодически писать про уголовные дела, связанные с «ВКонтакте». У нас в стране есть значительная часть полицейских, которая ищет разные проявления экстремизма в сети. Проблема заключается в том, что Центр «Э» есть в каждом регионе, они между собой, безусловно, общаются. Несколько лет назад был выдвинут тезис, что надо бороться с экстремизмом в сети. И теперь один из главных показателей эффективности борьбы с экстремизмом — это количество уголовных дел в регионах, связанных с экстремистскими высказываниями в интернете. Эти высказывания могут быть совершенно разными. Вы знаете, что город Сыктывкар — буквально пионер в деле экстремистских статей. В 2007-м блогер Савва Терентьев написал в своем ЖЖ про «сжигать неверных ментов на Стефановской площади». За этот комментарий на него было возбуждено уголовное дело по 282-й статье Уголовного кодекса. Милиционеры были признаны социальной группой. Тогда эта история получила огромный резонанс, многие выступали за Терентьева. Сейчас уголовные дела за высказывания в интернете появляются каждый день. Причем в 95% случаев эти дела — за высказывания во «ВКонтакте». Две ключевые причины: «ВКонтакте» охотно отдает данные своих пользователей, сотрудничает с властями, и менты, которые занимаются экстремизмом, сами прежде всего сидят во «ВКонтакте». Они там что-то постят, у них там знакомые-друзья, и они проще всего в ней ориентируются.

У полиции есть планы, отчетность, необходимо раскрывать преступления, и поэтому они постоянно мониторят эту соцсеть. В лучшем случае это будет административное нарушение. У меня есть одна любимая история, когда полицейский одного из регионов понимает, что у них есть план, а экстремизма нет никакого. Оперативник Центра «Э» вызвал знакомого ультраправого и попросил нарисовать на своей странице свастику. Тот не согласился. Тогда оперативник попросил найти знакомых, которые нарисуют свастику, и прийти через пару дней. Тот пришел, но уже с диктофоном. В итоге сам оперативник нарисовал свастику на странице этого человека, сделал скриншот, оформил протокол и сказал, что сейчас оштрафует за это на тысячу рублей: «Подписывай документ». Тот говорит: «Не хочу». История еще долго продолжалась и в итоге оперативника осудили. Оказалось, что этот человек с диктофоном пошел в прокуратуру, а там на оперативника уже завели уголовное дело.

Я это к чему: внимательно относитесь к своим социальным сетям, будьте, пожалуйста, аккуратны. Мы существуем в такой реальности, что лучше перестраховываться.

Как не попасть под статью

— Во-первых, писать свое мнение в тех соцсетях, которые не очень доступны местному Роскомнадору и полицейским. Пункт Б: старайтесь понимать, насколько это может быть опасно и привести к уголовному делу. Думайте перед тем, что постите.

Десять лет назад я бы даже близко об этом не говорил. Увы, территория свободы в социальных сетях постепенно сокращается. Хочется верить, что это скоро закончится, но сейчас важно не попасть под уголовное преследование. Более-менее безопасно во всех сетях, кроме «ВКонтакте». Всегда можно посмотреть список запрещенных материалов на сайте Минюста — тех же песен.

Есть уголовные дела по оскорблениям чувств верующих. Это тоже очень неприятная история, о некоторых случаях мы даже не знаем.

Учтите, что все сказанное в интернете, даже с друзьями или знакомыми, даже под замком, может быть направлено против вас.

Бывает ли так, что лингвистическая экспертиза оказывается на стороне обвиняемого?

— Практически не бывает, так как есть накатанная схема у людей, которые проводят расследования. Добиться в суде каких-то успехов крайне сложно. Если есть факт проверки, первый случай, лучше всего, чтобы дело не было возбуждено. Если оно возбуждено, надо попытаться его развалить на стадии расследования или переквалифицировать в другую статью. Суд выносит всего 0,2% оправдательных приговоров. Для следователей любой оправдательный приговор — это косяк, за который надо отчитываться. Это накатанная система, где речь идет о личном комфортном существовании, а не о некоей справедливости. Что-то доказать маловероятно.

Есть ли шанс добиться реабилитации?

— Через ЕСПЧ можно добиться оправдания, какой-то компенсации. Есть такие кейсы. Но, я боюсь, Россия стоит на пороге выхода из ЕСПЧ. Не в этом году, так в следующем. Не в этом, так через год.

Фрагмент статьи на 7х7