Коловрат интервью RS лист1

Интервью Дениса Герасимова смотрится особенно интересно в свете приостановления работы русской версии журнала «Rolling Stone». Внимание, оригинал и печатная версия существенно различаются.

«Нас никто не назначал главной правой или главной скинхедовской группой. Мы никогда специально ни к чему не стремились. Если наше послание близко правым скинхедам, а оно им, безусловно, близко, это хорошо. Может быть, это и есть признание нашей работы, хотя наше послание – для всех здравомыслящих людей. В современной «эрэфии» практически любую группу инакомыслящих, особенно правого тока, в любой момент могут объявить организованным преступным сообществом. И я это полностью осознаю», — Денис Герасимов, лидер и основатель рок-группы «Коловрат», первой российской команды, полностью посвятившей свое творчество национализму и расиализму, говорит четко и размеренно, практически ни разу не сбиваясь и вовсе обходясь без слов-паразитов. Когда его слушаешь, возникает ощущение, что он читает лекцию – принципиально не дает ничему собственных оценок, но зато с готовностью берется объяснить, почему происходит то или иное событие и откуда берутся корни того или иного явления. Отвечает на вопросы он, вместе с тем, легко и непринужденно, и это несмотря на то, что лицом к лицу с журналистом печатного издания Денис общается впервые. А последний его контакт с большими «мейнстримным» СМИ, как определяет RS сам Денис, и вовсе происходило почти 14 лет назад – летом 2000-го года он принимал участие в передаче на «Народном радио».

Коловрат интервью RS лист2
«По вполне определенным причинам «Коловрат» — коллектив весьма специфический, и в основном мы отвечаем на вопросы, скажем так, наших профильных изданий. После передачи на радио в 2000 году мы дали порядка 300 интервью, но это были в основном фанзины, или андеграундные издания, имеющие отношение к правой сцене. С мейнстримными изданиями мы очень долго держали позицию тотальной изоляции, принципиально не общались с журналистами», — рассказывает Герасимов.

Коловрат интервью RS лист3
С фронтменом «Коловрата» мы встречаемся в одном из кафе в Замоскворечье. По договоренности у нас есть полтора часа, после чего Денису нужно уезжать на запись в студию. Мы заказываем чай, но потом чайник приходится менять трижды – мы сидим ровно в два раза больше, а после встречаемся на следующий день. Передо мной в кресле сидит вполне обыкновенный с виду человек 37 лет – джинсы, рубашка, расстегнутая лишь на самую верхнюю пуговицу, бейсболка, под ней аккуратная стрижка. Из того, что может хоть как-то выдать в нем националиста можно притянуть лишь куртку Merc с классической клеткой на подкладке. Только я вот по совпадению тоже пришел на встречу в плаще Merc, но при этом вряд ли кому-то придет в голову назвать меня националистом. Через полчаса разговора становится ясно, что Герасимов – человек крайне начитанный и образованный. Словечки из запаса выпускника филфака -«аррогантный», «генезис», «индифферентный» и так далее – присутствуют в его лексиконе повсеместно. «Имя нашей группы предельно демонизировано. Вообще весь русский национализм необоснованно очернен. Я бы сказал, это грамотно спланированная компания, навязавшее обществу стереотип националиста – бритоголовый пэтэушник из спального района без образования, без перспектив в жизни с маргинально-уголовным прошлым, да и будущим, — рассуждает Герасимов и бросает в чай еще сахара. – Национализм, конечно, бывает очень разный. Это вполне респектабельное явление, время которому пришло. В нашем ансамбле мы все, конечно, националисты. Это то, что нас объединяет. Вместе с тем, мы не те оголтелые пещерные расисты, как это кому-то выгодно представлять. Есть такое понятие в современной России – экстремист. На нас, как и в принципе на все национальное движение в России, умышленно навесили этот ярлык».

Коловрат интервью RS лист4
Слова о том, что «Коловрат» коллектив специфический и крайне необычный, так или иначе, всплывают во время всего разговора. Группа действительно выделяется не только своей последовательной идеологией. У «Коловрата», как говорит Денис, не существует о вполне обычного для любого исполнителя понятия, как гонорар за концерт. «В правых кругах считается неправильным зарабатывать на идее. Если ты несешь в массы идеологическое послание, ты не должен брать за это деньги». Концертов в привычном понимании этого слова «Коловрат» тоже не дает. Практически все выступления группы – полностью закрытые, разве что иногда информация о них может пройти где-то в соцсетях на страничке профильного сообщества или на националистских форумах, а чаще просто оповещается круг знакомых. Обычному человеку с улицы на концерт попасть вряд ли удастся, а устроить даже закрытое выступление зачастую бывает проблемой – иногда организаторам приходится его заверять у местных властей. Открытых концертов, куда могла прийти любая публика, Денис за все время существования «Коловрата» насчитал всего около пяти. Все они проходили на различных националистических собраниях. Как и самый последний на сегодняшний день, который состоялся меньше месяца назад — 4 ноября на Русском марше в Люблино.

«Для нас Русский марш – это не только крупнейшее мероприятие русских националистов, но и возможность легально выступить перед большой аудиторией. Нужно понимать, что нам в принципе никто не позволяет выступать. Хотя я не вижу в творчестве нашей группы ничего такого, из-за чего мы были бы вынуждены проводить лишь закрытые концерты. Поэтому мы сразу схватились за возможность отыграть легальный концерт. Я, безусловно, политический музыкант, и для меня это отличный шанс отыграть «большой концерт». Но, в то же время, это мероприятие для нас — серьезный экзамен, мы все к такому не совсем привыкли, уровень у нас скорее «клубный», — говорит Герасимов и на секунду задумавшись, добавляет: — Впрочем, с 4 ноября 2009 года, когда произошло наше «историческое» выступление на Болотной площади, мы решили своей добровольно изоляционистской политики не придерживаться. Условно говоря, мы открыты для предложений».

«В целом Русский марш мне близок, ведь его официальной идеологией является национализм. Я, безусловно, русский националист и, можно сказать, расиалист. Если объяснять простым языком, расиализм для меня – интересы моего народа прежде всего! А если говорить шире и глобальней – интересы белой европейской расы. В русском национализме существует множество течений, русский национализм – многогранен. И Русский марш – отличный повод для всех национальных сил, всех фракций разной степени радикальности показать наглядную консолидацию. Ведь не секрет, что национальное движение в России очень разрозненно, единства нет во взглядах, — Герасимов подвигает к себе блюдце и пальцем визуально разделяет его на несколько частей. – Вокруг этой акции могут объединиться очень разные люди. В этом году, с моей точки зрения, на Русском марше был представлен весь спектр политических национальных сил России: это и осколки всем известной «Памяти» (хотя я совершенно далек от монархической идеи), и достаточно умеренные национал-демократы. Отдельной колонной на марше шли довольно радикальные силы — национал-социалисты, НС-блок. 4 ноября — это день, когда можно продемонстрировать, что хотя бы раз в году движение может объединиться, показать, что люди готовы вести диалог и сотрудничать в общих целях».