Паблик Вервольф-НС протидія! пообщался с Романом Железновым.

W: Салют, Роман! Прошло чуть больше трёх недель с момента твоего приезда в Украину. Успел ли уже обжиться? Какие первые впечатления? Сталкивался ли ты за это время с проявлениями русофобии? :)

З: Арийский салют! Да, вполне. Первые дни часами ходил по центру города, любуясь достопримечательностями, но главное даже не это, а непривычная атмосфера свободы. С трудом верилось, что я все же прорвался сюда, несмотря на все трудности. Киев восхитителен! Я русский москвич, события в Украине не могли оставить меня равнодушным. Безмерно признателен соратникам СНА за оказание поддержки в критической ситуации. Никакой русофобии здесь нет, если не считать таковой неприязнь империалистеского шовинизма. Истинная русофобия цветёт лишь в умах кремлёвских пропагандистов и управителей.

W: Помимо Киева, довелось ли побывать в других городах Украины? В каких планируешь?

З: В 2008 году летом я был в Харькове на «Perun Fest». Впечатления самые позитивные, красивый европейский город. Как и Киев, Харьков очень чистый (относительно Москвы) в плане этнического состава населения, что, конечно, не может не радовать. Очень хочу снова побывать там, а еще в Луцке, Львове и Одессе.

W: Чем планируешь заниматься? Вести общественно-политическую деятельность или принимать активное участие в АТО на востоке Украины?

З: С самого начала АТО я мечтал принять в нем участие. Сейчас на первом месте вопрос моего юридического статуса, получения гражданства. Надеюсь, что эта процедура не затянется и я успею внести свою лепту в борьбу с «колорадской» нечистью. Думаю, что это вполне совместимо с перспективой общественнно-политической деятельности. Конечно, я буду стараться налаживать новые связи и укреплять уже имеющиеся контакты на международном уровне, благо, что есть много перспективных направлений.

W: Т.е. в самом «Азове» ты еще не побывал?

З: Я сейчас нахожусь в учебно-мобилизационном центре «Азова».

W: С кем из командиров и известных людей из «Азова» довелось пообщаться?

З: В аэропорту «Борисполь» встречал Игорь Криворучко. Имел общение с Игорем Мосийчуком. Видел Андрея Белецкого, когда он посещал центр. Для меня эти люди — живые легенды.

W: А пересекался ли с Михаилом Орешниковым, координатором общественного движения “Реструкт” по городу Чебоксары, который отправился в Украину сразу после тебя

З: Да, встретил буквально на следующий день после того, как узнал о том, что он пересек границу. Ранее я с ним знаком не был, и в рамках каких-либо инициатив, в том числе «Реструкта» не работал.

W: Поддерживаешь ли контакты с соратниками из России? Как они отнеслись к твоему решению попросить политического убежища в Украине? Не угрожали ли тебе после этого сотрудники карательных спецслужб РФ?

З: Конечно, хотя текущая обстановка тотальной паранойи и беспредела «правоохранительных» органов безусловно накаладывает свой отпечаток. Друзья и соратники отнеслись с пониманием и единогласно поддержали мое решение. Я в любом случае планировал перебираться сюда, а определенные события и полицейские провокации, о которых узнал, находясь в Европе, ускорили этот процесс. Лично мне пока никто не угрожал, не считая «ватников», которые, впрочем, беспрерывно лаяли еще с нашей памятной первомайской акции в поддержку Украины. Полицейские искренне считают, что в России существует подпольный «Правый Сектор», а я, дескать, один из его лидеров. Родителей и сестру, с которыми я жил, сотрудники следственного комитета буквально ограбили — забрали бытовую технику,множество личных вещей, хотя так и не удосужились вернуть изъятое еще за прошлогодний обыск. Многих моих знакомых, в том числе девушек, запугивают в ходе допросов, пытаются склонить к даче ложных показаний против меня.

W: Поддерживаешь ли ты какую-либо связь с Тесаком? Какие прогнозы по его делу?

З: Никаких контактов с Максом не поддерживаю уже около полутора лет, близко с ним никогда не общался. Сначала в тюрьме был я, теперь он. За ходом его дела внимательно слежу. Уровень правового нигилизма в его деле, безусловно, превысил все грани. Прогноз мой пессимистичен — от трех лет строгого режима.

W: Что тебя связывает с движением Реструкт? Почему ты из него ушёл?

З: На текущий момент с движением Реструкт меня ничего не связывает, но я общаюсь со многими людьми оттуда в индивидуальном порядке. В Реструкт я вступил в августе 2012, с октября того же года — член политсовета, ответственный за внешние связи и организацию массовых мероприятий. В середине мая я был исключен из организации руководителем, Денисом Логиновым. Формальная причина — критическое обсуждение мной и Антицыганом перспектив организации в приватной переписке, которая была обнародована. Я не посчитал нужным не перед кем оправдываться ни за это, ни за действия в составе других формаций, ни за отношение к отдельным личностям и публичные высказывания по ряду вопросов, по которым Реструкт декларировал нейтралитет.